Внимание!
Вы просматриваете новость в старой версии сайта. Возможны проблемы с отображением в некоторых версиях браузеров.

Закрыть

Танковый прорыв у Богушевска

Советская пехота идёт в атаку, прикрываясь бронёй Т-34

23 июня 1944 года на территорию Белорусской ССР въехал обезумевший асфальтировочный каток. Он с грохотом покатился на запад, проходя по двадцать километров в день, перемалывая и сметая немецкие войска, оказавшиеся на пути. Считаные дни — и от группы армий «Центр» остались ошмётки, на которые было больно смотреть. Крушение немецкого фронта оказалось настолько стремительным, что союзники СССР по антигитлеровской коалиции усомнились в реальности информации, дошедшей до них. Пришлось собрать иностранных корреспондентов и устроить в Москве знаменитый «марш пленных». 19 немецких генералов и 45 000 солдат и офицеров выглядели убедительным подтверждением успеха Красной армии. Но откуда у союзников взялся этот скепсис?

Повод был. Зима 1943–1944 годов на белорусском направлении представляла собой бесконечную череду позиционных боёв и неудачных советских наступлений. Положение на фронте в это время сравнивали с Верденской мясорубкой Первой мировой войны. Только в апреле 44-го весенняя распутица вынудила стороны взять паузу. И примерно тогда же родились планы стратегической наступательной операции «Багратион», предусматривавшие одновременный прорыв обороны противника на шести участках, с окружением и уничтожением фланговых группировок немецких войск под Витебском и Бобруйском и дальнейшим разгромом группы армий «Центр». На Витебском направлении одним из первых немецких опорных пунктов перед войсками РККА был небольшой белорусский посёлок Богушевск.

Прорыв у Лучёсы

Прошедшей зимой Красная армия долгие месяцы неоднократно и тщетно пыталась пробиться на Богушевском направлении. Реванш за прошлые неудачи должна была взять 5-я армия генерал-лейтенанта Н. И. Крылова. На её участке боевые действия начались с разведки боем 22 июня 1944 года, за день до основного удара. И тогда же обозначились первые успехи: передовые батальоны прорвались в глубину немецкой обороны на 2–4 километра и заняли не только первые две линии траншей, но местами и третью.

Богушевск был воротами, защищавшими витебско-оршанскую немецкую группировку от окружения. На второй день Белорусской наступательной операции по нему ударил таран советских танков, самоходок и пехоты

Утром 23 июня началась четырёхчасовая артподготовка, а затем бойцы 5-й армии вгрызлись в немецкие позиции на 12 километров. Чтобы окончательно прорвать вражескую оборону, оставалось взять Богушевск, в районе которого немцы создали мощный укреплённый район. А чтобы дойти до Богушевска, нужно было форсировать реку Лучёсу. Генерал Крылов решил, что лучше всего это сделать в районе одноимённой деревни, в которой был мост, способный выдерживать танки.

В пять утра 24 июня к деревне подошла советская боевая группа, состоявшая из 40 танков, шести СУ-85 и пехоты 2-й гвардейской танковой бригады, объединённых с двадцатью ИСУ-152 395-го гвардейского тяжёлого самоходного артполка.В деревне Лучёсе находился немецкий пехотный батальон и приданные ему самоходные орудия. Какие и сколько, в документах не говорится. Гарнизон проморгал выход нашей боевой группы к реке, что позволило мотострелкам быстро захватить мост.

Тут же подтянулась и советская бронетехника. Танки и САУ по мосту и вброд стремительно перешли Лучёсу и ворвались в деревню. От силы полчаса понадобилось на то, чтобы разбить захваченных врасплох немцев и уничтожить все их самоходные орудия (эта заслуга целиком принадлежит экипажам ИСУ-152). 2-я гвардейская бригада в этом бою не потеряла ни одного танка или САУ. Дорога на Богушевск с этого момента была открыта.

Последний трамплин

Чтобы задержать советские войска, противник организовал много засад в деревнях вдоль шоссе. Как правило, они состояли из одного-двух противотанковых орудий и стольких же StuG IV. Летом 1944 года это была новейшая модификация знаменитой самоходки. Здесь советским войскам очень пригодились ИСУ-152. Дело в том, что «тридцатьчетвёрки» 2-й бригады были ещё старой модификации, с 76-мм орудиями. «Бодаться» со «Штугами» в лобовую им было трудно. Зато ИСУ-152 без проблем превращала немецкое самоходное орудие в груду металла. Так случилось, например, в деревне Лукты. «Зверобои» выдвинулись в разведку, обнаружили «Штуги» и первым же выстрелом уничтожили один из них. Немцы, не ожидавшие такой скорой расправы, решили отойти.

Действия Красной армии на витебском и оршанском направленииЧем ближе советская боевая группа была к Богушевску, тем сильнее сопротивлялся противник, тем отчаяннее немцы пытались замедлить подход танков и САУ к посёлку. Им нужно было время, чтобы подтянуть в Богушевск резервы. А вот генерал-лейтенанту Крылову, напротив, нужно было не допустить, чтобы немцы сконцентрировали свои силы в этом укреплённом районе. Богушевск служил препятствием для дальнейшего развития советского наступления, так что овладеть им было критически важно. Крылов бросил на посёлок крупные силы. Наземную атаку поддерживала авиация, причём весомо: только в одном из налётов немецкие позиции в Богушевске атаковали 90 пикирующих бомбардировщиков и 180 штурмовиков.

Последним опорным пунктом сил вермахта перед Богушевском была деревня Ског, расположенная северо-восточнее посёлка. Пока пехота советской 215-й дивизии атаковала противника, засевшего в траншеях и дзотах, передовые танки 2-й гвардейской бригады при поддержке четырёх ИСУ-122 ворвались на улицы деревни. К сожалению, на этот раз немцы их ждали. «Штуги», стреляя из укрытий, подожгли пять Т-34. Вдобавок, чтобы отрезать прорвавшуюся технику, противник отправил два StuG IV и одно противотанковое орудие на опушку леса южнее Скога.

Заняв позицию, немцы открыли огонь по четырём ИСУ-152, приближающимся к деревне. Самоходчики поняли, что по ним стреляют с флангов, развернули машины в сторону противника и завязали с ним огневую дуэль. Тем временем подошли ещё восемь «Зверобоев». Прицельным огнём дюжины 152-мм гаубиц самоходки мгновенно уничтожили один «Штуг» и противотанковую пушку. Вторая самоходка поспешно отползла в лес. А «Зверобои», расправившиеся с засадой, поспешили на помощь нашей пехоте и бронетехнике в Скоге. К полудню защищать деревню стало некому. Теперь можно было браться за Богушевск.

Конец Богушевского оборонительного района

Разведка показала, что немцы держат под прицельным огнём северные и северо-западные подступы к Богушевску. Поэтому, во избежание лишних потерь, советское командование тщательно спланировало атаку на посёлок.

ИСУ-152 на маршеПолковник Е. Е. Духовный, командовавший 2-й гвардейской танковой бригадой и приданными ИСУ-152, решил разделить свои силы. Первый танковый батальон (около 15 Т-34 и три СУ-85) должен был оставаться на месте, отвлекая на себя внимание немцев и имитируя продолжение атаки с севера. В это время второй батальон (10 «тридцатьчетвёрок», столько же Т-70 и три СУ-85) вместе с восемью ИСУ-152 получил приказ обойти Богушевск и ударить с юго-восточной стороны. Командовал второй группой подполковник Н. С. Тютюник.

Местность вокруг Богушевска труднопроходимая и заболоченная, так что проход для техники наши разведчики искали несколько часов. Когда он был найден, первая группа начала интенсивную стрельбу по противнику, оттягивая на себя его внимание. Тем временем части двух советских дивизий, усиленные штурмовыми сапёрами, готовились к генеральному штурму Богушевска, назначенному на 19:00.

Перед штурмом город основательно «обработали» артиллерийским огнём и атакой 270 самолётов. Одновременно с началом основного удара группа Тютюника неожиданно ворвалась на улицы посёлка с юго-востока, откуда их не ждали. Три десятка танков и САУ пронеслись по улицам, уничтожая всех врагов, оказавшихся на пути, и вскоре захватили железнодорожную станцию Богушевское.

Перед главными силами, наступавшими с севера и северо-востока, шли штурмовые сапёры, за ними — танки и пехота. Все три линии немецких траншей быстро оказались прорваны, бой переместился на улицы Богушевска. Первая группа 2-й гвардейской бригады лидировала в атаке с севера. Оказавшись между двух огней, немцы не проявили нордической стойкости в обороне и стали отходить на запад. Некоторые в панике бежали, бросая технику и вооружение. В результате среди прочих трофеев Красной армии оказались четыре совершенно исправных «Штуга».

В 21:00 Богушевск был взят. Советские войска шли по улицам посёлка, о который прошедшей зимой разбилось не одно наше наступление. В немецких позициях образовалась брешь, в которую тем же вечером ворвалась конно-механизированная группа генерала Осликовского. 5-я гвардейская танковая армия П. Ротмистрова тоже разворачивала свои боевые машины к этому пролому. Шёл только второй день «Багратиона», а левое крыло немецкой группы армий «Центр» уже начало рушиться. 

Автор текста — Александр Томзов

Источники:

1. Оперативные документы и журналы боевых действий (с сайта «Память народа»):

  • Штаба 1-го Прибалтийского фронта.
  • Штаба 3-го Белорусского фронта.
  • 5-й армии.
  • 65 и 72-го стрелковых корпусов.
  • 144-й, 215-й и 371-й стрелковых дивизий.

2. Исаев А. В. Операция «Багратион». «Сталинский блицкриг» в Белоруссии. М.: Яуза : Эксмо, 2014.

3. Операция «Багратион». Освобождение Белоруссии. М. Олма-пресс, 2004.

4. Материалы сайта «Подвиг народа».

Закрыть