Внимание!
Вы просматриваете новость в старой версии сайта. Возможны проблемы с отображением в некоторых версиях браузеров.

Закрыть

Модель ИС-360 в разрезе. В правой части хорошо видна карусель автомата заряжания

Производственное совещание 12 марта 1960 года в «ВНИИТрансмаш» не было похоже ни на одно из проходивших ранее. Его ключевыми участниками были крупнейший специалист ракетно-космической отрасли В. Н. Челомей и главный конструктор Уралвагонзавода, создатель танка Т-62 Л. Н. Карцев. Вместе с другими учёными и инженерами они начинали работу над советской боевой лунной программой.

Это выглядит фантастикой, но секретное постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 354/134-СС подтверждает, что программа лунного танка существовала. А документы из фондов Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО) проливают свет на событие, которое смело можно назвать действительно последней битвой Второй мировой войны.

Лунная находка

В ночь на 9 января 1945 года на мысе Пенемюнде, где находился крупнейший немецкий ракетный центр, произошёл запуск как минимум пяти ракет, намного превосходивших по размерам и мощности знаменитые «Фау-2». Бывшие узники концлагеря при комплексе и немцы из близлежащих населённых пунктов вспоминали о зареве в половину неба, громадных огненных стрелах в ночном воздухе, о грохоте, от которого вылетали стёкла. Самое странное: ни одного признака, что хотя бы одна из этих ракет приземлилась, обнаружить не удалось. Советские учёные-ракетчики и органы государственной безопасности десять с лишним лет бились над этой загадкой. 

На Луне сила притяжения в шесть раз меньше земной. Этот фактор обеспечивает многократное превосходство сферической танковой компоновки над классической

Ниточку к пониманию ситуации нашли сотрудники конструкторского бюро В. Н. Челомея, в руки которых попала документация по немецкому опытному ракетоплану «Серебряная птица». Над этим суборбитальным бомбардировщиком ещё в начале 40-х годов работал учёный Ойген Зенгер. Официально Германия закрыла проект в 1941 году как бесперспективный. Но неувязки и явные подтасовки в бумагах заставили советских специалистов усомниться в том, что немцы на самом деле свернули работы над ракетопланом.

Версия о том, что в январе 1945 года с Пенемюнде могли быть запущены реактивные аппараты вроде «Серебряной птицы», стала рабочей. Но вопрос, куда и с какой целью эти аппараты направлялись, оставался открытым вплоть до декабря 1959 года, когда были обработаны фотоснимки обратной стороны Луны, сделанные советской автоматической станцией «Луна-3». Старший научный сотрудник Павел Горянов обратил внимание на странный объект, расположенный на южном краю кратера Восточного моря. Он был слишком правильной формы для природного образования или дефекта фотоплёнки. В процесс включились технические сотрудники Комитета госбезопасности, более двух месяцев работавшие с оригинальными негативами. И хотя качество снимков, сделанных «Луной-3», оставляло желать лучшего, им удалось рассмотреть главное: на обратной стороне Луны совершенно точно находилось искусственное сооружение.

Странный объект в кратере моря Восточного, который привлёк внимание Петра Горянова 3 марта 1960 года на экстренном совещании Политбюро ЦК КПСС советская верхушка решала, что делать. С одной стороны, объект, который мог быть немецкой лунной базой, не представлял прямой угрозы. С другой стороны, холодная война шла полным ходом, отношения между СССР и Западом (особенно США) испортились. Для Никиты Хрущёва и его окружения сама мысль о том, что американцы могут тоже найти эту базу, а затем установить контакт с её обитателями и, возможно, получить доступ к технологиям, позволяющим совершить пилотируемый полёт на Луну, была неприемлема.

Министерство обороны СССР получило прямое и недвусмысленное указание: базу уничтожить. Оставалось только придумать, как это сделать.

Длинная рука Советского Союза

Идея использования танка, как ни странно, принадлежала специалисту по ракетам Челомею. Он утверждал, что может построить носитель достаточной мощности, чтобы доставить на Луну груз общей массой до 25 тонн. Уралвагонзаводу предлагалось спроектировать боевую машину для действий на Луне, а ВНИИ «Трансмаш» брал на себя обязательства её построить. Карцев взял время на размышление — сам он, будучи опытным специалистом в бронетанковой отрасли, скептически отнёсся к задумке Челомея.

Модель ракетоплана «Серебряная птица» конструкции Ойгена ЗенгераПо самым скромным подсчётам, на создание ракеты-носителя требовалось от двух до четырёх лет. Поэтому у танковых инженеров времени было в избытке. Второе заседание рабочей группы по вопросу ликвидации лунной базы прошло только в начале 1963 года. И ракетчики, и танкисты пришли на него не с пустыми руками.

Челомей представил на заседании проект ракеты УР-500. Официально она предназначалась для доставки на территорию вероятного противника сверхмощных водородных бомб. Но при определённой доработке ракету можно было использовать и для полёта к Луне. Главное, что уже на ранней стадии работ Челомей обещал, что его детище обеспечит грузоподъёмность до 17 тонн.

Карцев, в свою очередь, пришёл с технической документацией на лунный танк. Её подготовили молодые конструкторы Уральского завода Виктор Громов и Алексей Чешко. На самом деле Карцев не рассчитывал на то, что работу его подчинённых воспримут всерьёз. Главный конструктор по-прежнему был уверен, что куда более рациональным решением проблемы лунной базы будет, например, ядерный удар. Эту альтернативу, известную также как «проект Е-4», предложил атомный физик Яков Зельдович. Главным оппонентом «ядерного» варианта выступил Сергей Павлович Королёв, также присоединившийся к рабочей группе. Он опасался того, что в случае неудачного запуска слишком велика опасность падения бомбы на Землю.

Эскиз ракеты УР-600А с посадочным танковым модулем внутриУчёные попросили Карцева показать танк. Когда главный конструктор развернул общий чертёж, присутствующие сильно удивились. Внешний вид машины ничем не напоминал привычные образцы бронетехники. Во-первых, изделие Громова и Чешко имело форму шара, более удобную для слабого лунного притяжения. Во-вторых, лунный танк был роботом: конструкторы решили, что это существенно повысит его надёжность в безвоздушном пространстве и исключит многие сопутствующие сложности вроде нужды в лунном скафандре, пилотируемом модуле и герметичном боевом отсеке для танкового экипажа.

Лунный танк, обозначенный как «Изделие сферическое — 360», представлял собой двухметровый шар на гусеницах, вооружённый спаренной орудийной установкой. Автомат заряжания вмещал 50 осколочно-фугасных выстрелов. Из-за жёсткого ограничения по массе внешняя броня машины не превышала по толщине 15 мм и должна была изготавливаться из твёрдого дюралевого сплава. Дополнительная внутренняя капсула защищала боеукладку. Управлять танком должны были операторы с Земли.

К середине 1964 года операция «Лунный гром» получила окончательное оформление. Согласно её плану с Земли должны были стартовать две ракеты. Первая, ракета-носитель «Молния», уходила к Луне с Байконура, неся аппарат «Зонд-3». Официально он должен был повторить фотосъёмку тёмной стороны земного спутника, а затем полететь дальше, в сторону Марса. Реально на «Зонде-3» находилась аппаратура управления двумя танками ИС-360. Эти машины должна была доставить на Луну модифицированная ракета-носитель УР-600А конструкции Челомея, построенная в единственном экземпляре. Её старт осуществили с космодрома Плесецк.

Ракеты ушли в небо с разницей в 25 минут около 11 часов утра 18 июля 1965 года. До Луны оставалось 33 часа полёта.

Последняя битва Второй мировой

При планировании «Лунного грома» на один очень важный вопрос так и не удалось получить ответа: что противопоставят обитатели Луны советским сферическим танкам? Хватит ли машинам 15 миллиметров брони, чтобы защититься, и будет ли достаточно сотни снарядов для уничтожения противника?

За три часа до прилунения операторы танков заняли места за пультами. На мониторы фототелевизионной системы пришло первое изображение поверхности Луны. Издали она была похожа на излом творожного пирога. Спустя ещё четверть часа по центру главного монитора появилась чёрточка. Это была цель атаки. Операторы увеличили изображение, и стало видно, что лунная база состоит из четырёх строений, образующих неровный крест. Изображение увеличивалось, так что вскоре можно было рассмотреть контуры зданий — веретенообразные, обтекаемые. По всей видимости, в качестве помещений использовались те корабли, которые много лет назад стартовали с Пенемюнде. Пятого аппарата видно не было: либо он не долетел до Луны, либо обитатели разобрали его для своих нужд.

Самоходные мины «Голиаф», судя по всему, послужили прообразом немецких лунных танковОт ракеты отошёл спускаемый модуль, заработали его тормозные дюзы. Те, кто был внизу, не могли не видеть новое солнце, разгоревшееся в ночном небе. Операторы переключились на камеры «Зонда-3», потому что пламя из сопел закрыло обзор с танков. Когда танки находились примерно в километре над поверхностью, наблюдатель доложил операторам, что видит внизу движение.

Сферотанки прилунились в километре от базы. Стыковочные замки расцепились без инцидентов. Ориентируясь по координатам с «Зонда», находящегося высоко на лунной орбите, операторы заставили машины разойтись в стороны на 500 метров, чтобы выйти к базе с двух сторон. Когда ИС-ы покинули пылевое облако на месте прилунения, они выпустили бронированные перископы и остановились для рекогносцировки.

Теперь базу можно было рассмотреть очень хорошо. Строения с дюралевыми стенками, крытые переходы между ними, какие-то решётчатые параболические конструкции на тумбах, собранных из лунных камней. На блестящем борту ближнего строения — нацистская символика. Последние сомнения относительно того, кому принадлежал этот комплекс, развеялись.

К невысокому каменному гребню между советскими танками и базой бежало десятка полтора людей в скафандрах, которые катили четыре угловатые коробки на гусеницах. Один из наблюдателей в Центре управления полётами, прошедший всю войну, отметил, что эти танкетки очень похожи на немецкие самоходные мины «Голиаф» на дистанционном управлении. Правда, машины, пылящие по реголиту в нескольких сотнях метров перед сферотанками, явно превосходили мины по размеру, а на крыше у них были приземистые башенки.

Оператор ИС-360 № 1 довернул корпус танка, наводя орудие на одну из немецких лунных танкеток, подставившую бок. Изображение на экране дрогнуло от отдачи, когда пушка послала снаряд в цель. Промах! Взрыв поднял пыльное облако в каком-то метре перед носом противника. Тем временем бегущие люди залегли. Над поверхностью Луны в сторону советских сферотанков протянулись цепочки пулевых трасс. Оператор на Земле бесстрастно отметил, что пробитий не зафиксировано.

Сферотанк № 2 выстрелил сразу из двух пушек по ближайшей постройке. В стороны полетели обломки металла, стали видны струи воздуха, вырывающиеся из пробоин. Похоже, что попадание повредило элементы силового каркаса, потому что через пару секунд стену буквально вывернуло наизнанку на площади в пару квадратных метров.

Одна из немецких танкеток повела башней и открыла огонь. Судя по плотности трасс, немец стрелял либо из крупнокалиберного пулемёта, либо из автоматической пушки. На это раз танк № 2 получил две пробоины, но, к счастью, никакого важного модуля повреждено не было. Оператор до упора двинул рукоятку вперёд, разгоняя ИС-360, а затем повёл его по широкой дуге вокруг вражеской обороны. Проведя машину метров на пятьдесят, он заставил сферотанк резко затормозить и развернуться «на пятачке». Залп сразу из двух пушек, и одна из немецких танкеток исчезла в дыму и пыли.

Взрыв немецкой базы. Один из последних кадров с камеры ИС-360 № 1Советские танки явно превосходили противника по манёвренности. Операторы перевели сражение в режим «бей и беги». Юркие сферотанки метались между выступами ландшафта, ведя огонь по пехоте, немецким танкеткам и по самой базе. Сооружения рвало в клочья фугасными попаданиями. Минут через пятнадцать, когда три немецкие танкетки уже превратились в груду металлолома, четвёртой повезло. Три пули вскрыли корпус сферотанка № 2 и уничтожили систему управления орудиями. Оператор принял решение молниеносно. Он пошёл на таран одного из зданий, пока ИС № 1 прикрывал его огнём. Разогнавшись почти до максимальной скорости, сферотанк использовал небольшой холм в качестве трамплина и прыгнул. Пролетев над головами противника, машина врезалась в здание.

Сферотанк смял дюралевую стену, вколотил её внутрь. Скорее всего, за ней был топливный склад. Оператор ИС-360 № 1 успел увидеть взрыв, после чего связь с танком прервалась, а камеры «Зонда-3» передали на Землю изображение громадного вздыбленного облака грунта.

На следующем витке вокруг Луны советская станция «увидела», что на месте базы нет ничего, кроме груды перекрученных и смятых листов металла. Сферотанки на связь не выходили. После короткого совещания на Земле приняли решение: задачу считать выполненной. Судя по руинам, которые были видны на мониторах, уцелевших внизу не осталось. «Лунный гром» прогремел как надо. 

Автор текста — Владимир Пинаев

Источники:

  1. Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 3998. Оп. 1075. Д. 591.
  2. Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 3998. Оп. 2145. Д. 766.
  3. Н.Варваров. Особенности трасс полёта автоматических станций «Луна-1», «Луна-4», «Зонд-3».
  4. Глушко В. П. Штурм космоса ракетными системами.
  5. Ю. Пашолок. Межзвёздная броня Страны Советов (рукопись предоставлена автором).
Закрыть